Россию упрекнули в неразвитости системы международных налоговых споров

Штаб-квартира ОЭСР в Париже

(Фото: Philippe Wojazer / Reuters)

В России недостаточно развит механизм решения споров с налоговыми органами за рубежом, отмечается в экспертном докладе Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Эти возможности востребованы в России, но из-за отсутствия прозрачных правил немногие компании решаются начать разбирательство, объяснили опрошенные РБК эксперты.

Против двойного налогообложения

Глобальный план борьбы с размыванием налоговой базы и выводом прибыли Base Erosion and Profit Shifting (BEPS), в котором участвует и Россия, требует от стран внедрить механизм решения налоговых споров между разными странами — взаимосогласительную процедуру. Она позволяет избежать двойного налогообложения и тем самым стимулировать международную торговлю и инвестиции.

«Это блестящий инструмент, который недооценен, возможность вынести спор на международный уровень», — отмечала партнер налоговой практики московского офиса компании Baker McKenzie Мария Костенко на налоговой конференции AmCham Russia 27 ноября. Все актуальные проблемы (по внутригрупповым услугам, переквалификации займов в инвестиции, бенефициарным собственникам) можно решить в рамках взаимосогласительных процедур, подчеркнула эксперт.

Самый простой пример: одно лицо могут признать налоговым резидентом сразу двух стран, и каждая требует заплатить налоги. «Мы часто встречаем такие случаи на практике, и взаимосогласительные процедуры позволяют такие ситуации исключить или исправить», — пояснил РБК старший партнер «Пепеляев Групп» Рустем Ахметшин.

Реклама на РБК www.adv.rbc.ru

Запрос бизнеса на взаимосогласительные процедуры усилится, прокомментировала РБК партнер EY Евгения Ветер: число налоговых споров в мире возрастает, проверки стали скрупулезнее, а суммы доначислений выше.

У России заключены соглашения об избежании двойного налогообложения с 84 странами, и хотя большинство из них предусматривают взаимосогласительные процедуры, для России этот процесс — большая редкость. Всего 26 процедур было инициировано с 2016 по 2018 год, лишь малая часть была завершена, отмечается в докладе ОЭСР. В то же время в Бельгии, Франции, Германии, Люксембурге, Нидерландах, Великобритании и США число взаимосогласительных процедур исчисляется сотнями.

Процедура не популярна в России не только из-за пробелов в законодательстве, но и потому, что многие компании просто не знают о таких возможностях или понимают, что их структуры созданы искусственно и решение будет не на их стороне, сказала РБК руководитель практики «Международное право и налоги» юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Яна Семеняка.

Без четких правил

ОЭСР проанализировала правовую базу и практику взаимосогласительных процедур в России с 2016 по 2018 год. Эксперты пришли к выводу, что Россия не полностью соответствует требованиям для эффективного разрешения споров. Существенное число российских соглашений об избежании двойного налогообложения не содержит положений о проведении взаимосогласительных процедур. Частично проблему решит принятие в 2020 году конвенции MLI (против злоупотреблений соглашениями об избежании двойного налогообложения) — она автоматически внесет необходимые правки в 71 соглашение. Остальные документы Россия обещала дополнить в рамках двусторонних переговоров.

Кроме того, эксперты отмечают недочеты в руководстве Минфина о порядке проведения взаимосогласительных процедур. Документ Минфина дает общее представление о процессе без детализации. Как именно он должен быть технически организован, пояснила Евгения Ветер: «Это первый шаг, каркас, который устанавливает базовые принципы». В частности, не прописаны сроки рассмотрения заявлений компаний с просьбой начать процедуру и не объясняется, что делать, если соглашения достичь не удалось.

Устранить пробелы должен был законопроект Минфина в рамках масштабных поправок в Налоговый кодекс. Изменения должны были вступить в силу с 2020 года. Но в процессе обсуждения законопроект урезали, оставив лишь общие формулировки. В частности, действующий порядок не предписывает остановить налоговую проверку на время взаимосогласительной процедуры, как принято в странах, где развит этот инструмент. «Нам не известны российские примеры, когда на время взаимосогласительной процедуры останавливались проверки», — рассказала Ветер.

«Когда мы посмотрели законопроект, у нас волосы встали дыбом», — рассказала Мария Костенко. Он предписывал возможность запросить у компании, попросившей о взаимосогласительной процедуре, документацию за десять предыдущих лет, что усилило бы административную нагрузку и риск доначислений. «Кто хранит документы по десять лет? Максимум четыре года по правилам бухгалтерского учета», — отмечает Костенко. В процессе работы над законопроектом требование о десятилетнем сроке убрали, уточнила эксперт.

РБК направил запросы в Минфин и ФНС.

Трудности переговоров

Большинство стран, которые проводили взаимосогласительные процедуры с Россией, сообщили о сложностях такого взаимодействия, отмечается в докладе ОЭСР. Десять государств — Австрия, Дания, Германия, Италия, Нидерланды, Швеция, Швейцария, Турция, Великобритания и США — предоставили отзывы о взаимосогласительных процедурах с Россией. «Основные пожелания, которые мы слышим от наших клиентов, — внести определенность в процесс проведения процедуры и повысить ее прозрачность для налогоплательщиков», — пояснила Евгения Ветер.

Проблема эффективности взаимосогласительных процедур существует везде, считает Яна Семеняка. Она два года вела взаимосогласительную процедуру со Швейцарией, подключив местных налоговых адвокатов. «В итоге произошло двойное налогообложение швейцарской компании. В зачете налога, уплаченного в России, Швейцария отказала», — рассказала юрист.

В среднем в 2016–2018 годах взаимосогласительные процедуры с участием России завершались за два года. Это оптимальный срок, рекомендованный ОЭСР. За этот процесс в Минфине ответственны пять сотрудников, которым также поручены другие задачи, отмечается в докладе ОЭСР.

«Минфин, к сожалению, действительно не проявляет большой активности в таких процедурах», — констатирует Рустем Ахметшин. Среди причин — отсутствие серьезной заинтересованности при весьма серьезной сложности процедуры и нехватка компетентных специалистов, владеющих английским языком, предположил эксперт. Процедура требует глубокого опыта и узких знаний, например по вопросам трансфертного ценообразования, и успех процесса зависит в первую очередь от наличия необходимого опыта и ресурсов у компетентных органов, добавила Евгения Ветер.

Кроме того, в результате взаимосогласительной процедуры может обнаружиться, что Россия занимает иную позицию, чем другие страны, и придется отказаться от взимания налога. «Поощрение инвестиций и международной торговли — цель долгосрочная, а налоги нужны прямо сейчас», — резюмировал Ахметшин.

Подпишитесь на рассылку РБК.
Рассказываем о главных событиях и объясняем, что они значат.

Автор:
Ольга Агеева

Источник